ЛОГИН     
ПАРОЛЬ     
 


Запомнить меня на этом компьютере!

Если Вы забыли свой логин или пароль - обратитесь к администратору сайта:
телефон: (495) 960-2070,
e-mail: mak@elnet.msk.ru
ИЗМЕНЯЕМОЕ НАЗВАНИЕ
-->
ПОСЛЕДНИЕ СОБЫТИЯ








2.I.23
ШТРИХИ К ПОРТРЕТУ ЮБИЛЯРА
ШТРИХИ К ПОРТРЕТУ ЮБИЛЯРА
«Я еще многое могу создать»    Интеллектуал, в прошлом профессор факультета прикладной политологии в ВШЭ и профессор факультета международной журналистики МГИМО, декан Высшей школы телевидения МГУ, завсегдатай дискуссионных передач, Виталий Товиевич, тем не менее не называет себя политологом. Поскольку, – говорит, – не получил политологического образования. Факультеты политологии возникли в России недавно, стало быть, мало кто в нашей стране может называться политологом.
   Он парадоксален. Между тем, сам всегда занимался политической журналистикой. Выпускник факультета журналистики МГУ был распределен в Агентство печати «Новости». Там произошло важное знакомство с уникальным профессионалом, Алексеем Флеровским, возглавлявшим тогда в АПН Объединенную редакцию изданий для стран Западной Европы. А затем встретился и с другом Флеровского, Егором Яковлевым. И главный редактор «Московских новостей» пригласил в 1998 году Третьякова в уникальную газету перестроечных времен.
   Эти два человека, – вспоминает Виталий Товиевич, – дали ему то, что не изучают в университете, что можно обрести лишь с опытом: общие принципы руководства изданиями, научили взаимоотношению с людьми, подходу к журналистике в целом. «Хотя не всегда мы с Егором Яковлевым были в согласии».
Яркая персона, авторитарно-демократический и педантичный профессионал – благодаря именно этим, и, естественно, многим иным качествам, Третьякову удалось войти в историю развития постсоветской журналистики. Первый шаг – в качестве основателя «Независимой газеты». Впрочем, задаваться вопросом, возможна ли независимость изданий, как это многим казалось в кураже начала 90-х, ему приходилось не раз.
   «Создавая «Независимую», я понимал, что название условно. Абсолютной, да и реально полной независимости не существует. Тогда, летом 1990 года, когда она была задумана, зарегистрирована, главным казалась независимость от власти и от оппозиции. Власть права – мы ее хвалим, не права – критикуем. То же самое относится и к оппозиции. Я всегда старался на полосе публиковать две разные точки зрения по одному вопросу. Только так можно воспринимать независимость».
   Но со временем выяснилось, что печать убыточна. Издания финансировались из государственных средств, прямым или косвенным образом существовали на средства олигархов. Очевидно, что игнорировать интересы дающего деньги непросто.
   Столкнувшись с проблемами в 1995 году Третьяков согласился на предложение Бориса Березовского финансировать «Независимую газету». При условии, что тот не станет вмешиваться в редакционные дела. Чего, в общем-то, новый владелец придерживался. Более того, газета позволяла себе критику в адрес Бориса Абрамовича. Это, по словам основателя «Независимой», в итоге привело к тому, что в 2001 году он вынужден был уйти из нее.
   Но кураж не потерян, Третьяков создает «Независимую издательскую группу «НИГ». «Для меня это был не бизнес, а структура, которая позволяла после ухода из «Независимой газеты» выпускать другие издания». Журнал «Международная энергетическая политика», который он делал совместно с МГИМО. Издание, уверен Третьяков, погубили конкуренты, перекупив в нем долю.
   Затем в течение пяти лет выпускал журнал «Политический класс», весьма популярный в интеллектуальных политических кругах. Финансовые проблемы вынудили прекратить его издание. К этому моменту ему предложили возглавить «Московские новости».
На лавры бизнесмена он не претендовал.
   «Я по природе своей не предприниматель. Знаю экономику СМИ, но заниматься этим неинтересно. Поэтому я всегда старался ограничиться функцией главного редактора, границами редакционной политики.
   Большая часть средств массовой информации, включая телевизионные каналы, убыточна. Рассказы о том, что в этой сфере кто-то получает прибыль, как правило, – сказки. Бизнес против журналистики. Прибыль на телевидении могут приносить только развлекательные программы, шоу, камеди клабы. А среди печатных СМИ – только бульварного толка, «желтые» издания».
  Безусловно, не приносила прибыли, но была высокорейтинговая, иначе как могла просуществовать 19 лет на телеканале «Культура», его программа «Что делать? Философские беседы». Тогда, в начале 2000-х, не было обилия дискуссионных передач на ТВ, как сейчас. Напрашивается шуточка, а почему не «Кто виноват?». «Это напоминало бы разоблачение, а разоблачителем я быть не собирался. Да и ответ на вопрос, что делать, сложнее дать, чем на вопрос, кто виноват». Причина приостановки проекта, как через вторые руки передали Третьякову, –  финансовые ограничения, связанные с началом эпидемии коронавируса.
   Он создал и ликвидировал Фонд содействия развитию образования в области журналистики «Медиалогия» и тому тоже были объективные причины. Проблемы, похоже, его бодрят. «У меня за плечами большой жизненный и профессиональный опыт. Я все прошел. Создал газету, которая до сих пор существует практически в неизменном виде, выходят те же приложения. Это означает, что формула, концепция, заложенная при создании ее, были удачны. Выпускал издания, которые меня устраивали, вел передачу, которая мне нравилась. Я фаталист, отношусь к происходящему спокойно, прагматично. Не считаю неудачами то, что другие относили бы к их числу». Я еще многое могу создать».
   Люди, хорошо знающие Третьякова, рассказывают, что он не мыслит себя без работы. Но, судя по всему, и не бросается на любой манок. В 2007 году отказался от предложения возглавить факультет журналистики МГУ после Ясена Засурского. А через некоторое время согласился основать новый факультет, Высшую школу телевидения МГУ. «Мне интереснее создать новое, чем стать во главе старого, инертного». Руководители телеканалов Константин Эрнст и Олег Добродеев поддержали (или предложили) его кандидатуру, человека, не работавшего внутри TV, из своих соображений. «На телевидении много невежественных людей. Нам нужно, чтобы приходили не только умеющие держать камеру и снимать, а действительно образованные специалисты».
И он согласился. «Сейчас все проблемы – от дурацкой, навязанной нам реформы образования. Сегодняшний выпускник-отличник знает меньше, чем хорошист и даже троечник, окончивший московскую советскую школу. Он собственный город на карте не укажет».
   Ко всему новому он подходит с творческим энтузиазмом. В учебный план факультета, например, заложил то, что должно компенсировать недостатки школьного образования: весь первый курс преподают географию. Система экзаменов устроена так, что поступающие на факультет телевидения в гуманитарных дисциплинах подготовлены лучше, чем остальные, идущие на гуманитарные факультеты – с гордостью сообщает декан. «За счет такой мелочи нам удается отсекать тех, кто слабо подготовлен. Играет роль престиж не только МГУ, но уже и самого факультета».
   Его жизнь наполнена общением, дружбой с интереснейшими людьми: ученые, президенты, министры, ведущие политики, руководители лучших театров… Воспоминания требуют публикации. Три тома уже вышли. В очередном – подробный рассказ о факультете журналистики МГУ.
   Его близкие говорят, что, несмотря на суровую внешность, авторитарность и далеко не «голубиную» позицию, которую он занимает в спорах, Виталий Товиевич человек мягкий, сердечный. Вот такое несоответствие внешности и внутреннего содержания. Увлечения его также тихи и уютны.
   Он по-прежнему окружен книгами. Это – с детства. «Я за классику. Русская, советская, зарубежная, философия – все то, что человек всегда должен иметь под рукой. Современную литературу читать не могу, скучно. На Василии Шукшине классическая русская литература закончилась. Валентин Распутин, Василий Белов – это уже было завершение процесса. Так сегодня никто писать не умеет. А по мысли, мне кажется, я умнее любого современного автора, во всяком случае, как они выглядят на страницах своих книг».
   Из классики выделяет «Мертвые души». «Образец гениального произведения, которое не мог создать ни один человек, кроме Гоголя. Его даже спародировать нельзя».
   Увлечение всей жизни – книги по архитектуре, теоретические в том числе, альбомы живописи, на стенах дома – любимые картины. Еще одна страсть – собирает советский фарфор, статуэтки. Не ностальгия ли по СССР? Когда-то эти однотипные, бесхитростные фигурки стояли почти в каждой квартире. Что-то в них привлекало, со временем скопилось несколько десятков таких скульптурок. Не серьезное коллекционирование, не коммерческая задумка, просто нравится.
   Жена Ольга, хранительница домашнего очага. Сын Артемий, окончил биологический факультет МГУ.
   Умеет ли он отдыхать?
   «Я не прочь, если есть возможность, в интересное место поехать, поваляться на пляже, посидеть в ресторане. Но дней через десять мне становится скучно. Правда, я много видел, но дело не в этом. У иных людей интересный отдых – альтернатива неинтересной работе. Я трудоголик, но работаю не с отвращением, а всегда с удовольствием.
   Очень ценю клубные путешествия, лаконичные, интересные, насыщенные. Я один из тех, кто оказался в клубе почти сразу после его создания, помню 90-е годы, первые встречи. Будучи членом других клубов, большая часть которых исчезла, я особенно ценил и ценю в Английском клубе общение с друзьями и приятелями, с интересными людьми. Общение не обременительное, не для того, чтобы ставить какие-то цели, что-то декларировать, а просто собраться и приятно провести вечер. Огромная заслуга Олега и Анжелики Матвеевых в том, что клуб сохранился. На мой взгляд, он превратился в некоторую антикварную вещь. Не только драгоценную саму по себе, но и потому, что она давно создана и существует».

Текст: Виктория Чеботарева
Фото из архива Юбиляра и Клуба


ЛЮДИ И МНЕНИЯ
Елена ЗВЕЗДИНА
Елена ЗВЕЗДИНА:
«Общение с Виталием Товиевичем для меня всегда праздник мысли, интеллекта, логики. Иногда он говорит о тех вещах, которые не лежат на поверхности, но со временем понимаешь, насколько глубоко и правильно он мыслил. И ты убеждаешься – он был прав. Для меня он интересен как собеседник. Помню, наше первое знакомство произошло в поезде, мы двигались в Псков, в «Пушкиногорье». Эта «беседа попутчиков» продолжается у нас в клубе до сих пор. Мы разговариваем, обсуждаем, спорим иногда. И это всегда приятно.
Он консерватор и эстет. В ресторане может и водочки выпить, но в театре – только коньяк. Как-то мы были во Владимире, вечером я обратила внимание, он несколько раз просил гитариста спеть «Что так сердце, что так сердце растревожено…» из фильма «Три товарища». Нежную душу не скроешь.
И, конечно, не могу не отметить, что его верная спутница и не менее интересный человек – Ольга. Она обладает своеобразным юмором, порой, сарказмом, который с непривычки воспринимаешь как нечто серьезное, а потом удивляешься, как глубока была шутка. Она очень талантлива и в том, что зорко замечает какие-то вещи, мимо которых другие проходят, ничего не узрев. Она зрит в корень.
Во время нашей клубной поездки в Петербург Ольга приобрела самый необычный подарок: каких-то вяленых рыб… Друзья, получившие их в дар, обнаружили, что они… сделаны из шоколада. Этакий молодой юмор и задор. Она не такая как все. Нас с Ольгой в поездках объединяет еще и то, что в отсутствие большой воды мы находили любую речушку, лужу, в которой непременно надо поплавать утром.
Как только узнаю, что Виталий с Ольгой едут в клубное путешествие, я, не задумываясь, присоединяюсь. Потому что понимаю, мы с ними поговорим по душам. Очень благодарна клубу за это знакомство, за радость встреч с ними.
А Виталию Товиевичу желаю творческих успехов и реализации всех планов. Знаю, он все время в поиске пути к совершенству и разумности. В этом пути ему – благополучия, достижения целей, которые он перед собой ставит».